Перейти к содержимому

Фотография

Популяризация науки: от просвещения к мракобесию

  • Авторизуйтесь для ответа в теме
Сообщений в теме: 56

#41
Vadim Sharov

Vadim Sharov

    Завлаб

  • Модераторы
  • 3 602 сообщений

Анатолий А. Клёсов 23 янв 2018 в 13:32

Популяризаторы есть разного уровня компетентности. Низший уровень - пересказывать то, что прочитал, не вникая в суть. А вникнуть такой не может, потому что знает по верхам, что прочитал, то и хорошо для пересказа. Дробышевский часто до такого уровня опускается, как в приведенном выше примере. Но иногда пересказывает занятно, когда не выходит за пределы своей антропологии. Тогда его слушать бывает интересно. Но его хроническая беда - он не раздумывает над прочитанным. Что написали, то и берет в дело. Высший уровень популяризации, по-моему, когда автор показывает борьбу разных концепций, борьбу идей. Но для этого надо знать материал "изнутри", надо самому вести исследования в данной области, и уметь видеть ляпы, спекуляции, необоснованные положения, при которых не рассматривали альтернативные варианты. Вот Дробышевский ляпнул, что генетики "показали" примесь неандертальца в ДНК современных людей, а как они это показали - не понимает, не разбирал, не анализировал. Разобрал бы - ужаснулся. Но он не умеет. Все, что он умеет - это крикнуть "лженаука" тому, кто разобрался и ужаснулся, и поясняет, какие там проблемы.

http://pereformat.ru...politkafe-7.pdf



#42
Vadim Sharov

Vadim Sharov

    Завлаб

  • Модераторы
  • 3 602 сообщений

- Почему в наше время на русский язык перевели всю "научную фантастику" Докинса, но не была переведена единственная книга Нобла (Denis Noble) - "Music of Life", написанная как ответ Докинсу на его первую книгу (Selfish Gene)? - А ведь это уже "заданный выбор на развилке" - такая предвзятая селекция автоматом канализирует формирование убеждений у неискушенной в социальных аспектах науки молодой аудитории, читающей литературу только на своем родном языке (у нас это до сих пор "обычное дело").

https://konstmikh.li...9.html#t1625181



#43
Vadim Sharov

Vadim Sharov

    Завлаб

  • Модераторы
  • 3 602 сообщений

С палеонтологов что возьмешь? – они люди увлекающиеся и с хорошей фантазией. В данном случае, воплотили еще не опубликованные предположения, подкинув коллегам козырную карту самого низкого достоинства. 
Подвожу итоги. Когда я взял статью, о которой речь идет в самом начале, то так вдохновился, что включил ее в лекции. Вчитавшись внимательно, я понял, что включать ее нужно было как «новость об очередном разводе Аллы Борисовны» (шучу), то есть как то, что либо подтвердится, либо нет. Но это не развод – само филогенетическое исследование вполне на уровне. Однако о "браке" хетогнат и коловраток говорить рано. Ссылки на морфологические работы всегда нужно проверять: сейчас в статьях просто повально искажают исходный текст. На днях в очень приличном журнале вышла статья немцев, в которой они утверждают, что я описал новый вид из Курильских островов, а на самом деле он был собран на глубине 2-3 км в Японском море. Всю научно-популярную информацию по филогении беспозвоночных нужно проверять по первоисточнику – иначе трудно понять, что взято из статьи, а что – домысла автора «научпопа».



#44
Vadim Sharov

Vadim Sharov

    Завлаб

  • Модераторы
  • 3 602 сообщений

"Однако популяризация не наука. Она претендует на метадисциплинарность. На утверждение особого метаязыка, в котором журналист от биологии или антропологии может всерьез призывать к ответу представителей неведомых ему дисциплин от лица универсального Научного Метода. И потом искренне обидеться: «Я их о фактах спрашиваю, а они меня посылают книжки читать… и еще жалеют при этом!» Отсюда рождение одновременно комичной и исполненной трагического пафоса фигуры сайнстера — человека, который понятия не имеет, как устроено производство фактов в конкретных дисциплинарных фабриках знания, но готов пойти на баррикады (интернет-баррикады, разумеется), выкрикивая девиз Ричарда Докинза: «Всегда проверяйте свои идеи фактами и будьте готовы отказаться от своих самых сокровенных убеждений!» То, что факты должны опровергать сокровенные убеждения «обывателя обыкновенного», стало сокровенным убеждением «обывателя просвещенного». И никакой факт этого убеждения не опровергнет."

https://indicator.ru...vetiteley-2017/


  • Paulus это нравится

#45
Vadim Sharov

Vadim Sharov

    Завлаб

  • Модераторы
  • 3 602 сообщений
Социология постмодерна. Д.Джангиров и В.Савинов

https://www.youtube....h?v=5QNFqMx424M



#46
Paulus

Paulus

    Завлаб

  • Резидент
  • PipPipPip
  • 127 сообщений

Не так давно наткнулся на рецензию, написанную известным  ученым, философом консервативного направления доктором  Д.С.Одербергом.

 

Рецензия старая, написана она была в 1993 г. на книгу "Исследуя плоскую землю: Колумб и историки эпохи модерна" (1991) американского историка доктора Джеффри Бертона Рассела.

 

Хотя тема прямо не относится к биологии, но зато она очень хорошо относится к теме лженауки и всяческих борцов со лженаукой, просветителей и прочих "профессоров РАН".

 

Эти тексты аргументированно показывают, как правильные "борцы с невежеством и мракобесием" и "разрушители мифов" порождают абсолютно ложное, лженаучное знание, а, по сути, просто черный  миф о прошлом.

 

Текст мне показался настолько хорошим, что я привожу его без купюр, полностью. Перевод мой. Источник: https://docs.google....EFLN3dBZXM/edit

 

 

-----------------------------

 

«Они все смеялись над Христофором Колумбом, когда он сказал, что мир был круглый». Так пел Фред Астер в знаменитой песне Гершвина и таков известный миф.
 
Однако факты свидетельствуют, что, на самом деле, никто не смеялся, и Колумб никогда не говорил ничего подобного. Почему? Да потому, что доказывать было нечего. Подавляющее большинство ученых в Средние века считали, что мир имеет сферическую форму. Колумб никогда не сомневался в сферичности земли, его миссия в Новый Свет никогда не была направлена на то, чтобы доказать, что Земля не плоская, и ее форма никогда не была предметом споров, во время которых он просил разрешения предпринять путешествие.
 
Таковы положения, выдвинутые и умело защищенные выдающимся историком Джеффри Бертоном Расселом,профессором истории Калифорнийского университета в Санта-Барбаре, в небольшом научном шедевре, приуроченном к пятидесятилетию первого путешествия Колумба. Для Рассела вопрос состоит не в том, почему средневековые мыслители догматически настаивали на плоской Земле, но в том, почему современные мыслители, столкнувшись с неопровержимыми доказательствами обратного, настаивают на якобы средневековой вере, которой никогда не существовало? Это и есть истинная «Плоская ошибка», как называет ее Рассел, - ошибка утверждения, что вера в плоскую Землю когда-либо преобладала.
 
Философы, астрономы, географы и теологи XV века, совершенно далекие от того, чтобы спорить о сферичности и беспокоиться о падении с края мира, писали ученые трактаты, основанные на Аристотеле, Птолемее и Кратесе из Маллоса, все трое из которых доказывали сферичность земли. До XII века, когда Птолемей был малоизвестен, на них оказывали влияние такие сферицисты (за неимением лучшего термина), как Плиний и Помпоний Мела. А Марциан и Макробий- два самых влиятельных географа раннего средневековья - недвусмысленно и прямо говорили, что Земля — это сфера. Так же поступали богослов Св. Беда Достопочтенный и ирландский философ Эриугена.
 
Несколько мыслителей, например, такие, как Исидор Севильский, были в худшем случае двусмысленны, а многие просто не интересовались географическими вопросами. Необразованные люди могли иметь самые разные идеи, как это было в «классическую эпоху», но более вероятно, что они следовали за массовым в то время научным мнением.
 
В Высоком Средневековье остается еще меньше места для сомнений, если они вообще возможны. Сакробоско утверждал модель круглой земли -  также,  как и Роджер Бэкон, Буридан, Оресм, Гилес из Рима. Святой Альберт Великий и все схоластические философы, которые обращались к этому вопросу, в том числе, конечно, Св. Фома Аквинский. Отцы Церкви и раннехристианские писатели были согласны с этим. Святые Августин, Василий Великий и Иоанн Дамаскин мало интересовались географическими знаниями как таковыми, но вполне охотно принимали сферическую землю, если ее доказали философы.
 
В первые полторы тысячи лет христианской эры Рассел смог найти всего пять писателей, которые отрицали, что земля была шаром. Одним из них был Лактанций, новообращенный христианин III века, посмертно осужденный как еретик и превозносимый гуманистами эпохи Возрождения якобы за свой хороший латинский литературный стиль. Другим был Косьма Индикоплов VI века, которого современные писатели называют будто бы типичным представителем мракобесной средневековой географии; однако его влияние на Средние века было практически нулевым, он подвергался нападкам современников, игнорировался вплоть до IX века и не переводился на латынь до 1705 года! Несмотря на это, он и Лактанций снова и снова подвергаются насмешкам как типичные представители Средневековья/Темного века невежества: это и неудивительно, как мы теперь знаем, учитывая скудость «плоскоземельников», доступных для бичевания просвещенными историками-модернистами.
 
Как и почему «Плоское заблуждение» стало развиваться и так крепко захватило умы ученых и обывателей? Почва, утверждает Рассел, была подготовлена гуманистами и протестантскими реформаторами, а семенем послужила полемика Коперника. Коперник атаковал защитников геоцентрической вселенной, явно сравнивая их с невежественным Лактанцием, хотя форма Земли и движение небес были двумя совершенно различными вопросами, да и все противники Коперника думали, что Земля круглая. Более того, ни ученые Галилей и Кампанелла, ни многие критики традиционного христианства в семнадцатом веке не добавляли обвинение в отстаивании плоскоземельности ко  многочисленными другим обвинениями в адрес религиозной власти.
 
Главным источником этого мифа был  антикатолически и антииспански настроенный писатель Вашингтон Ирвинг, с его чрезвычайно успешной «биографией» Колумба, написанной в 1828 году. В полете воображения, достойном любого хорошего романиста,он изобразил мореплавателя, как одинокий разумный голос в пустыне, сражающийся со закоснелыми испанскими священнослужителями, которые стреляли в научную истину тупыми стрелами библейского и святоотеческого псевдо-авторитета.
 
Похоже, Ирвинг не знал, что такого противостояния никогда и не было. В Саламанке (которая, кстати, была «центром научных знаний, славящимся точностью своей астрономии и географии и имевшим на своем факультете знаменитого еврейского астронома Рабби Авраама Закуто») не было описываемого съезда ученых. Существовал специальный светский комитет, который заседал там и в других местах, и который был учрежден Фердинандом и Изабеллой, главным образом, для того, чтобы установить, будет ли практичным проход на Запад.
 
Из возражений, высказанных Колумбу, ни одно не касалось вопроса о сферичности, но многие касались большого расстояния и вероятной гибели по пути людей и сокровищ. В действительности же, именно Колумб намеренно дезинформировал комитет, сознательно полагаясь на расчеты и авторитеты, которые минимизировали расстояние, которое ему придется преодолеть.
 
В дневнике самого Колумба никогда не ставился вопрос о соотношении округлости и плоскостности земли. Как и в биографии, написанной его сыном Фердинандом. Как и в  отчетах Кэботов или других исследователей до Магеллана (именно Магеллан, а не Колумб, обогнул земной шар). В этом нет ничего удивительного: вопросов просто не было.

Ирвинг, по собственному признанию,  ставил под сомнение точность своего рассказа; а его  биографы вообще отрицают, что рассказ следует читать как исторический. А Сэмюэл Элиот Морисон в своей биографии Колумба характеризует историю Саламанки Ирвинга как  «чистый вздор».
 
Французский ученый Антуан-Жан Летронн  придал этой «Плоской ошибке» академическую респектабельность (особенно с 1834 года, в своей работе по святоотеческой «космографии»). Летронн был безупречным антиклерикалом и изображал Средневековье как двенадцать веков «глубокой ночи». Он, хотя, и признавал факты, противоречащие его любимой теории, но отвергал их как нетипичные.
 
Однако, даже антирелигиозные философы XVIII в. не уделяли «Плоской ошибке» какого-нибудь внимания.
 
Мифология плоской Земли достигла своего апогея между 1870 и 1920 годами, когда науку все чаще стали изображать как находящуюся в состоянии войны с религией, а дебаты об эволюции стали самой яркой иллюстрацией этой идеи. Влиятельные научно-популярные писатели, такие, как Дж. У. Дрейпер и А. Д. Уайт, использовали такие слова, как «конфликт» и «война», переделывая всю историю в терминах нынешней враждебности между наукой и религией.
 
«Любопытный результат, - заметил Рассел, - заключается в том, что современные писатели «в конечном итоге сделали то, в чем они обвиняли отцов церкви, а именно, создали совокупность ложных знаний, консультируясь друг с другом вместо доказательств».
 
Другим источником ошибки было сознательное смешение такими авторами вопроса о сферичности и вопроса о том, существовали ли антиподы, и если да, то были ли у них человеческие обитатели. Средневековые мыслители хорошо понимали, что это логически различные вопросы, и выступали против идеи антиподов лишь в той мере, в какой она противоречила  учению об общем происхождении человека, противоречие которому было эмпирическим вопросом.
 
Еще одним заблуждением современных авторов было предположение, что средневековые мыслители буквально интерпретировали те библейские отрывки, которые, по-видимому, поддерживают идею плоской земли. Для такого предположения нет никаких оснований, и оно явно абсурдно. Например, в Притчах 30:4 говорится о том, что Бог "окутал воды плащом своим" и "укрепил концы земли". Как можно настаивать, и как могли средневековые теологи быть настолько глупы, чтобы верить, что у земли физически есть концы, не говоря уже о том, что Бог окутывает океаны физическим плащом? Средневековая библейская экзегеза руководствовалась твердыми принципами, отличавшими аллегорию и аналогию от отрывков, которые следовало понимать буквально.
 
 
И все же истина доступна нам уже, по меньшей мере, шестьдесят лет. Значительное число современных историков тщательно изучили документальные свидетельства и пересмотрели старые академические и народные предрассудки. Факты существуют для тех, кто хотел бы узнать их сам. Тем не менее миф о современной науке и просвещенной мысли, торжествующей над средневековыми суевериями, сохраняется, проникая в научные трактаты, школьные и университетские учебники и популярные исторические очерки (свидетельство тому — успешная книга Дэниела Бурстина «Первооткрыватели» и его иллюзия «Великого перерыва», или «научной амнезии», поразившей Европу на тысячу лет).
 
«Плоская ошибка», удерживающая современный ум, все еще тверда. Зловоние ложной истории отравляет ноздри тех, кто заботится об истине, но нельзя не чувствовать некоторую печаль. Без мифа о научном прогрессе жизнь для современного, пострелигиозного ума невыносимо лишена смысла. «Ужас бессмысленности, - говорит Рассел, - падения с края знания больше, чем воображаемый страх падения с края земли». Гораздо удобнее верить в привычную ошибку, чем приветствовать истину, где бы она ни лежала. Как только прошлое отвергнуто, а наши предки очернены как более невежественные, чем мы, нужно верить в поступательное движение науки. Ибо что еще остается?

  • Vadim Sharov это нравится

#47
Vadim Sharov

Vadim Sharov

    Завлаб

  • Модераторы
  • 3 602 сообщений
И все же истина доступна нам уже, по меньшей мере, шестьдесят лет

 

. Увы, налицо 60 лет реального мракобесия. 



#48
Paulus

Paulus

    Завлаб

  • Резидент
  • PipPipPip
  • 127 сообщений

И еще одна интересная рецензия от Д.С.Одерберга. На этот раз на книгу искусствоведа Гордона Морана «Замалчивание ученых и научных работников в разных областях». Источник: https://docs.google....G9GakwwLVk/edit

 

Называется она «Риторика и реальность». Написана в 1999 г. Этот текст, как и книга Морана, проливает свет на «подлинную науку», показывая, как все обстоит на самом деле,  а не в головах «просветителей», идеологов-сциентистов и прочих «борцов с мракобесием». Реальность, на самом деле, несколько иная, чем кажется некоторым. Вот почему ни на одном научно-популярном или «просветительском» русскоязычном сайте вы не найдете книгу известного физиолога Д.Нобла или философа Д.Стува, но всегда к вашим услугам в обилии будут околонаучные тексты Докинза и Деннета.

 

Ну, а сейчас в США и Европе, как известно, идет новая волна борьбы с инакомыслием, да и вообще с академической свободой – такая, что и не снилась в 1999 г. Я думаю, что она еще ждет своих исследователей… Если, конечно, им не заткнут рты очередные «борцы с мракобесием»…

 

Итак, рецензия:

 

 

Риторика "академической свободы" звучит примерно так:

 

Ученые привержены и преданы поиску истины; ученые пользуются академической свободой в своем стремлении к истине; научные исследования и общение характеризуются открытостью, свободным обменом идеями и дискуссиями, которые включают критическое исследование. . . наука самокорректируется; экспертная оценка способствует качественному контролю и честности в исследовательских грантах и публикациях; наука и научные исследования и коммуникации основаны на доверии.

 

И так далее.

 

Вот вам и официальная линия. А как же реальность? Гордон Моран считает, что между ними существует большой разрыв, и он подробно с фактами и документами аргументирует свое утверждение в своей новой книге с непривлекательным подзаголовком "Власть, контроль парадигмы, экспертная оценка и научная коммуникация". По мнению  Морана, реальность научных исследований и деятельности состоит в том, что они часто характеризуются недоверием, подавлением идей, которые бросают вызов укоренившимся "парадигмам", секретностью, терпимостью к фальсификации, а иногда даже откровенным мошенничеством и манипулированием как данными, так и доступом к информации, которые угрожают опрокинуть заветные теории и репутацию тех, кто корыстно заинтересован в их продвижении.

 

Справедливо сказать, что сам Моран имеет нечто вроде личной заинтересованности в разоблачении такого рода поведения.

 

Он - искусствовед, который в 1977 году оспорил общепринятую атрибуцию знаменитой фрески в Сиене, портрета Гвидориччо да Фольяно. Широко распространено мнение, что этот портрет был создан великим сиенским художником 14 века Симоне Мартини. Портрет стал популярным  мотивом для изображения на всем - от открыток до кофейных чашек, пропагандирующих туризм и итальянскую культуру. Моран вызвал бурю споров, которые не прекращались, и он столкнулся с препятствиями, отказом художественных журналов публиковать письма и статьи, молчанием лидеров истеблишмента истории искусства и даже c личным оскорблением, которое, по его представлению, не должно было бы существовать в спокойных, отделанных дубовыми панелями аудиториях академии.

 

В своем собственном случае он, похоже, выиграл спор, поскольку портрет теперь официально обозначен (в недавней справочной работе, опубликованной Routledge) таким образом: «атрибуция в настоящий момент оспорена, так как фреска, возможно, датируется 18 веком»  [от себя замечу, что в русском интернете по этой знаменитой фреске публикуются материалы либо с прежней атрибуцией, либо довольно глухо сообщающие об отсутствии научного консенсуса по атрибуции фрески - указывается, что ряд исследователей приписывают ее значительно более позднему художнику- Paulus].

 

Так не является ли это примером столь возвышенной "самокорректирующей" природы учености? Тогда к чему же вся эта суета?

 

По мнению Морана, если бы он и несколько преданных своему делу ученых не настаивали на своей правоте с таким упорством, отказываясь подчиняться тактике обструкции и  брани в свой адрес, дебаты могли бы быть прекращены много лет назад в пользу истеблишмента.

 

Это заставило его задуматься о том, можно ли увидеть разрыв между риторикой и реальностью в других дисциплинах и что это означает для будущего интеллектуальной и академической свободы в эпоху, когда цензура все более терпима правительством и обществом.

 

Автор предоставляет нам ряд хорошо изученных тематических исследований в поддержку своих тезисов. Моран обсуждает печально известное дело Великовского, которое началось в 1950 году, когда этот  увлеченный и задиристый ученый, который когда-то работал с Эйнштейном, опубликовал «Миры в столкновении», предоставив доказательства прошлых планетарных катастроф, которые угрожали опрокинуть обширные области астрономии, физики, геологии, истории и антропологии. Излишне говорить, что Великовский был обижен академическим истеблишментом, который натравил на него грозного Карла Сагана. Саган и его друзья подвергли Великовского, пожалуй, самой злобной клеветнической кампании в интеллектуальной истории и фактически разрушили его карьеру.

 

Есть, по крайней мере, некоторая поэтическая справедливость в том факте, что научная репутация покойного и подзабытого Сагана будет теперь разоблачена как потрепанная, если не прямо бесчестная, и Великовский все еще может получить, благодаря преданности своих последователей, признание, которого он заслуживает. Моран также документирует скандал, связанный с исследованиями СПИДа, когда корыстные интересы в том, что он называет «научно-правительственным фармацевтическим комплексом», объединились, чтобы убедить мир, что СПИД вызван вирусом. В то же самое время комплекс старательно пытался заставить замолчать профессора Питера Дюсберга, некогда самого известного вирусолога в мире, а теперь отстраненного и лишенного голоса, который вынужден искать издателей, готовых позволить ему доказать всему миру, что СПИД не вызван вирусом, о чем может свидетельствовать существование как ВИЧ-свободных больных СПИДом, так и HIV-позитивных людей, которые были в прекрасном состоянии здоровья в течение десятилетий,- Моран документирует другие случаи в биомедицинских исследованиях, когда исследователи были замолчаны, а  их результаты не опубликованы, хотя публикация исправила бы ошибки в работе других и, возможно, спасла бы многие жизни. Глава Национального института здравоохранения Дэвид Балтимор пытался подавить работу ученых своего же  Национального института здравоохранения, которые стремились выявить ошибки в собственных исследованиях Балтимора.

 

Ошибки в конце концов были опубликованы, но карьера разоблачителей пострадала. Подобные инциденты имели место в Йеле, Гарварде и многих других центрах научных исследований. Руководители университетов иногда выступали с речами, восхваляющими академическую свободу, в то время как их собственные дисциплинарные комитеты пытались заставить ученых замолчать. Мы также узнаем о Гансе Рюше, который посвятил свою жизнь разоблачению ненадежности экспериментов на животных и пережил больше судебных разбирательств, чем любой другой ученый. Он был окружен завесой молчания, поскольку его идеи касались мейнстрима, но все еще борется за то, чтобы его исследования были открыты.

 

Аспиранты рано узнают, что если они хотят получить работу, они должны избегать оспаривания исследований своих руководителей или потенциальных экзаменаторов, или даже запуска любого вызова против «парадигмы», принятой точки зрения в своей области. Политкорректность тоже берет свое: один еврейский профессор однажды получил выговор в Чикагской Теологической семинарии за то, что рассказывал студентам о талмудическом праве –

женщина-студент посчитала это оскорбительным для женщин. Штатный профессор музыки в колледже Итака, штат Нью-Йорк, был уволен в 1993 году только за то, что описал тон словами «прозрачный, как неглиже».

 

Моран комментирует:

 

«Неизвестно точно, сколько ученых в той или иной степени были вынуждены замолчать (меры принуждения варьируются от удаления и запрета конкретных учебных материалов до увольнения) в результате цензуры политкорректности».

 

Моран утверждает, что заставить ученых замолчать можно только путем полного и свободного обмена информацией. Он приводит справедливый (хотя и не совсем убедительный) довод в пользу удаления анонимности при экспертной оценке, но он также призывает ученых не использовать страх в качестве оружия, чтобы заставить коллег замолчать, и не использовать неуместные понятия лояльности и "коллегиальности" в качестве предлога для объединения усилий против исследователей, которые бросают вызов господствующим взглядам, независимо от того, насколько хорошо эти взгляды укоренились. (Моран много говорит о нежелании ученых рисковать своей репутацией, допуская критику взглядов, с помощью которых они сделали свою карьеру - то, что он называет «зависимостью от парадигмы»). Нельзя также допустить, чтобы корыстные интересы, такие как миллионы фунтов стерлингов, направляемые на исследования СПИДа, - «подливка для СПИДа» - заставили замолчать честных исследователей, таких, как Дюсберг.

 

Документация Морана о степени замалчивания и подавления в академических кругах впечатляет. Однако, к сожалению, он упускает возможность упомянуть о других судьбах ученых, чьи взгляды, какими бы сложными или неприятными они ни были для некоторых, подвергались возмутительной цензуре и профессиональному мщению.Он мог бы упомянуть профессора Бенвениста, чьи исследования подтверждали эффективность гомеопатии, и чья карьера была сведена на нет фокусником Джеймсом Рэнди в сговоре с бывшим редактором журнала Nature.

 

Есть профессор Каммерер, который покончил с собой в 1926 году после того, как подвергся травле за свои исследования в поддержку ламаркизма. Существует также замалчивание и подавление ученых, которые оспаривали выводы Маргарет Мид (только кратко затронутые Мораном), чьи шарлатанские исследования были в конечном итоге разоблачены Дереком Фрименом.

 

И есть такие люди, как Дженсен, Левин, Херрнстайн и Мюррей, ставшие жертвами своих исследований в области расы и IQ. Также никто не должен забывать Дэвида Ирвинга, которому приходится продавать свои книги из багажника фургона, потому что его взгляды на Вторую мировую войну не нравятся некоторым.

 

Что бы ни думали о теориях отдельных ученых, точка зрения Морана заключается в том, что должны быть открытые дебаты, в духе доверия и с поиском истины, как единственным мотивом.  Заставить замолчать ученых - значит заставить замолчать дебаты. Возможно, что эпоха интернета поможет ученым "преодолеть барьеры молчания, отличить правду от лжи в научной литературе и открыть новые истины в своих научных дисциплинах". Гордон Моран оказал ученым большую услугу, напомнив исследователям во всех областях о необходимости обновить свою приверженность истине и целостности.

 

 

 

Итак, вот такая рецензия и вот такая книга. Прошло 20 лет с тех пор. Теперь у нас есть возможность оценить, что изменилось. А изменилось, как мне кажется, только к худшему...
 



#49
Vadim Sharov

Vadim Sharov

    Завлаб

  • Модераторы
  • 3 602 сообщений
СПИД не вызван вирусом, о чем может свидетельствовать существование как ВИЧ-свободных больных СПИДом, так и HIV-позитивных людей, которые были в прекрасном состоянии здоровья в течение десятилетий

 

Манипуляция, факт ОРЗ, вызываемый не гриппом не опровергает факта, что вирус гриппа вызывает ОРЗ.  Не всегда вирус вызывает заболевание. Наличие бессимптомного носительства не опровергает участия вируса иммунодефицита человека в развитии СПИД. Автор не прав. Логика автора напоминает логику Панчина и компании, требующих от российских лекарств 100% эффективности. Это вещь не реальная. Организм не механизм, который всегда даёт одинаковый ответ на одинаковый стимул. Всегда есть закономерная случайность.  



#50
Paulus

Paulus

    Завлаб

  • Резидент
  • PipPipPip
  • 127 сообщений

Манипуляция, факт ОРЗ, вызываемый не гриппом не опровергает факта, что вирус гриппа вызывает ОРЗ.  Не всегда вирус вызывает заболевание. Наличие бессимптомного носительства не опровергает участия вируса иммунодефицита человека в развитии СПИД. Автор не прав. Логика автора напоминает логику Панчина и компании, требующих от российских лекарств 100% эффективности. Это вещь не реальная. Организм не механизм, который всегда даёт одинаковый ответ на одинаковый стимул. Всегда есть закономерная случайность.  

 

Я предвидел, что вы это оспорите. И согласен с вами. Даже думал прокоммментировать эту фразу, но не стал перегружать и так большой текст.

 

Дело ведь тут не в том, вирус или не вирус вызывает СПИД,  а в том, что по мнению авторов, упоминаемый ими исследователь был искусственно удален из поля свободной академической дискуссии, как опасный еретик.

 

Моран и говорит, что только свободный обмен мнениями, дискуссия и открытая добросовестная  критика способны  заставить ученого отказаться от своей точки зрения.

 

Тот же Панчин свободно опубликовал бред про религиозных микробов и в открытой дискуссии получил отлуп от целого ряда специалистов с самым разным мировоззрением. Однако сам он выступает именно как "научный инквизитор", указывая на тех или иных "научных еретиков", которых необходимо лишить права голоса и подвергнуть диффамации.

 

Именно такое инквизиторство, не имеющее никакого отношения к академической свободе, является существенной чертой т.н. "просветителей".



#51
Vadim Sharov

Vadim Sharov

    Завлаб

  • Модераторы
  • 3 602 сообщений
Седьмой научно-популярный фестиваль «Цифровая история: разгром фальшивой истории» — 26 сентября



#52
Vadim Sharov

Vadim Sharov

    Завлаб

  • Модераторы
  • 3 602 сообщений
Дело ведь тут не в том, вирус или не вирус вызывает СПИД,  а в том, что по мнению авторов, упоминаемый ими исследователь был искусственно удален из поля свободной академической дискуссии, как опасный еретик.

 

Не еретик, а манипулятор. Он ссылается на фармацевтов, а это не научный довод, а конспирологический. Осуждение был. Но когда человек не слушает доводов, его удаляют как человека не слушает доводов. Пример Гаряев. 

 

Впрочем, опус Панчина не наука, а типичное мракобесие. Но поддерживаемое псевдоинтеллектуальными СМИ.  Панчин младший с гордостью называет себя инквизитором. Его же друг, официальный просветитель господин Белков (премию МИНобразины имеет) считает кандидатов и докторов наук главными врагами "своей" науки.



#53
Vadim Sharov

Vadim Sharov

    Завлаб

  • Модераторы
  • 3 602 сообщений
Седьмой научно-популярный фестиваль «Цифровая история: разгром фальшивой истории» — 27 сентября



#54
Paulus

Paulus

    Завлаб

  • Резидент
  • PipPipPip
  • 127 сообщений

Седьмой научно-популярный фестиваль «Цифровая история: разгром фальшивой истории» — 26 сентября

 

Правда, сама Е.Браун, рассказывая о еретиках и ведьмах, налажала преизрядно.

 

Например, история об "Убивайте всех, Господь затем отличит своих", вложенная ею в уста Симона де Монфора - это исторический анекдот, рассказанный Цезарием Гейстербахским, который в Альбигойских войнах вообще не участвовал, а за много сотен километров от описываемых событий собирал всякие предания и анекдоты, писал жития святых.То есть исторически недостоверный рассказ.

 

Когда мадам заявила, что церковь изначально считала женщину греховным существом и там долго дебатировался вопрос "ЕСТЬ ЛИ У ЖЕНЩИНЫ ДУША?" ,и, в конце концов признали, что душа есть, но второго сорта, мне стало просто не по себе. Если это просвещение от доцента РГГУ - то что же тогда мракобесие и невежество? Так пОшло переврать историю, рассказанную Григорием Турским про собор в Маконе, причем переврать в духе атеистических басен времен советского научного атеизма...

 

Выходит, что Христос рожден от существа с душой второго сорта? Я разумею Деву Марию.  Я думаю, что подобными заявлениями госпожа Браун просто перечеркивает свою репутацию, как медиевиста. Ни у католиков, ни у православных никогда не было учения о душах двух видов.

 

Я попытался найти в сочинениях Иоанна Златоуста слова, которые она приводит и не нашел. Фальшивка? Или что-то вырванное из контекста? Тексты самого Златоуста говорят совсем о другом.

 

Когда нам стали демонстрировать картинки современных художников эротического BDSM направления и орудия пыток, сделанные в 19-20 веке, причем об их якобы применении в средневековье мы узнали только из текстов 18 века, я как-то совсем приуныл....

 

Треш и угар. Пересказ массы псевдоисторических анекдотов. Ведь все это можно проверить. Как и цифры сожженых ведьм, например.

 

Очередная порция просветительского мракобесия. Дальше сюжеты я просто не смотрел, о них я ничего сказать не могу.



#55
Vadim Sharov

Vadim Sharov

    Завлаб

  • Модераторы
  • 3 602 сообщений

Печально, получается закрытие мифов сопровождается насаждением других. Очень печально. Остальное можно не смотреть. Очень много борьбы смифом но на стороне другого мифа. 



#56
Paulus

Paulus

    Завлаб

  • Резидент
  • PipPipPip
  • 127 сообщений

Вот поэтому у образованного неисторика складывается впечатление (ложное!), что историческая наука - это  обслуживание той или иной идеологии, ничего общего с поиском истины не имеющее.

 

Как ловко мадам Браун подменила борьбу с мифом насаждением другого мифа ! Я, говорит, не согласно с теми историками, которые реабилитируют инквизицию. А ведь эти историки как раз и пытаются разобраться с нагромождениями вранья вокруг этих вопросов. Да и сама мадам пользуется их наработками - к примеру, она глухо, но все же говорит о "черном мифе средневековья", о том, что существует протестантская традиция намеренной демонизации католицизма во всякого рода памфлетах, выдаваемых за исторические сочинения... В свое время  работы историка Леопольда фон Ранке по истории папства подверглись критике в протестантских кругах именно за то, что он попытался дать независимую от традиционной протестантской пропаганды картину.

 

 

Особенно тронуло заявление к.и.н. о том, что она осуждает католическую церковь за нарушение прав человека, но, де, не надо приписывать ей того, что церковь не делала...

 

Знакома ли госпожа доцент с методологией, принятой в исторической науке?


  • Vadim Sharov это нравится

#57
Vadim Sharov

Vadim Sharov

    Завлаб

  • Модераторы
  • 3 602 сообщений

РГГУ и народно-хозяйственники по определению творцы над историей. Там еще много было борцов с антикоммунистическими мифами. Борьба примерно такая, берется "белы" или "демократический" миф и долбится по принципу. Вот ведь наврали: не сто тысяч, а всего лишь 12 000 расстреляли. Расстреляли всякую "публику", помещиков, офицеров, жаль врачей расстреляли...  Господину Колпакиди невдомек, что врач мог быть офицером.




Количество пользователей, читающих эту тему: 0

0 пользователей, 0 гостей, 0 анонимных